Типы привязанности в отношениях: как понять свой и партнёра

Откуда взялась теория привязанности?

В 1950-е годы британский психиатр Джон Боулби выдвинул идею, по тем временам еретическую: младенцы привязываются к родителям не потому, что те их кормят, а потому что у них есть жизненно важная, заложенная эволюцией потребность в фигуре, которая защищает и успокаивает. В 1970-е психолог Мэри Эйнсворт подтвердила эту идею, наблюдая маленьких детей во время короткой разлуки и последующей встречи: проявились отчётливые профили — в зависимости от того, как каждый ребёнок научился получать (или не получать) утешение.

В конце 1980-х исследователи показали, что те же схемы обнаруживаются и у взрослых — в романтических отношениях. Сегодня взрослую привязанность описывают через две оси, как два независимых регулятора:

Пересечение этих двух регуляторов и даёт четыре типа. Ни один из них не герметичная ячейка: это тенденции, более или менее выраженные — у разных людей… и в разных отношениях.

• ✦Тревога покинутости: насколько я боюсь, что меня бросят, забудут, заменят, — и насколько мне нужно постоянное подтверждение того, что меня любят.
• ✦Избегание близости: насколько мне неуютно от близости — зависеть от кого-то, открываться, позволять другому рассчитывать на меня.

Надёжный тип: доверие как настройка по умолчанию

Тревога низкая, избегание низкое. Это самый распространённый тип — примерно у каждого второго. Суть — в спокойной уверенности: другой будет рядом, если понадобится; можно быть близким, не теряя себя, и оставаться одному, не впадая в панику. Надёжный не значит идеальный и без ссор: просто конфликт не ставит под угрозу само существование связи. В паре это выглядит так:

• ✦Сказать «мне было больно», не боясь, что от этого рухнут отношения
• ✦Провести вечер порознь, не следя за телефоном партнёра
• ✦Попросить помощи или утешения, не стыдясь того, что они нужны
• ✦После ссоры делать шаг навстречу, чтобы помириться, а не ждать в молчании
• ✦Слышать несогласие, не переживая его как отвержение себя

Тревожный (озабоченный) тип: страх потерять другого

Тревога высокая, избегание низкое. Здесь сигнализация в отношениях настроена на максимальную чувствительность: малейший признак дистанции замечается, усиливается, истолковывается. Такой тип часто складывается, когда отклик, получаемый в детстве, был непредсказуем — то тепло, то пустота — и приходилось «прибавлять громкость», чтобы добиться внимания. Это ещё и тип большой теплоты: тревожные люди глубоко вовлекаются, много отдают и быстро чувствуют, когда что-то не так. В повседневности это может выглядеть так:

• ✦Перечитать сообщение три раза, гадая, что на самом деле означает это «ок»
• ✦Вообразить расставание, потому что партнёр не отвечает уже два часа
• ✦Нуждаться в частом «я тебя люблю» — и успокаиваться… ненадолго
• ✦С трудом наслаждаться спокойными периодами: «слишком хорошо, значит, скоро всё сломается»
• ✦Засыпать другого сообщениями и звонками, пока разногласие не разрешится

Избегающий тип: дистанция как защита

Тревога низкая, избегание высокое. Этот тип часто формируется там, где выражать потребности было бесполезно, а то и дорого обходилось: ребёнок учится рассчитывать только на себя и выключать звук собственных эмоций. Во взрослом возрасте близость воспринимается — не всегда осознанно — как риск быть поглощённым, контролируемым или разочарованным. Это не отсутствие любви: это защита, ставшая рефлексом. Конкретно:

• ✦Чувствовать удушье, когда отношения «развиваются слишком быстро» или становятся слишком слиянными
• ✦Отвечать «всё нормально», когда это не так, и решать свои проблемы в одиночку
• ✦Уходить в работу или проекты, когда в паре нарастает напряжение
• ✦Видеть в потребностях другого зависимость, а в независимости — абсолютную добродетель
• ✦По-настоящему почувствовать, как не хватает человека… уже после расставания

Тревожно-избегающий тип: хотеть близости и бояться её

Тревога высокая, избегание высокое: самый редкий и самый мучительный тип. Желание близости никуда не делось, но соседствует с убеждением, что сближение в итоге приносит боль. Результат — движение маятника: «иди сюда… нет, уходи», изматывающее и себя, и другого. Такой тип чаще встречается у людей, для которых фигуры привязанности в раннем детстве были одновременно источником утешения и источником страха. Это может выражаться так:

• ✦Чередовать фазы бурного сближения и резкие отступления
• ✦Саботировать отношения, когда они становятся серьёзными, — «пока не бросили меня»
• ✦С трудом доверять, даже когда объективно всё хорошо
• ✦Чувствовать себя одновременно «слишком» и «недостаточно» для другого
• ✦Описывать свои отношения как американские горки

Чем тип привязанности не является

У популярности этой теории есть оборотная сторона: повсюду встречаются окончательные ярлыки — «я тревожная, он избегающий, мы обречены». Здесь необходимы три уточнения.

• ✦Это не ярлык: типы — это тенденции на непрерывной шкале, а не ячейки. Многие находятся между двумя типами, и можно быть скорее надёжным с одним партнёром и скорее тревожным с другим.
• ✦Это не диагноз: тип привязанности — не болезнь и не расстройство. Никакой тест — онлайн или любой другой — не «раскрывает» медицинскую правду о вас; он описывает тенденции и служит отправной точкой для размышления.
• ✦Это не приговор и не оправдание: «я такой, какой есть» — не вывод. Тип объясняет реакции; он не даёт права ранить другого и не освобождает от работы над собой.

Можно ли изменить свой тип? «Приобретённая надёжность»

Да — и это один из самых обнадёживающих результатов исследований. Учёные говорят о «приобретённой надёжности», описывая взрослых, которые начинали с ненадёжной привязанности и стали надёжными. Главный рычаг — корректирующий опыт, то есть отношения, в которых старый сценарий не сбывается. Вы выражаете потребность — и другой не уходит. Вы показываете уязвимость — и никто не использует её против вас. Повторяясь, такой опыт понемногу переписывает ожидания.

На практике это три ингредиента: заметить свою автоматическую реакцию («я цепляюсь», «я закрываюсь»), назвать её без самоосуждения, а затем сделать маленький шаг против течения — тревожному выдержать паузу, не написав первым; избегающему сформулировать потребность вместо того, чтобы уйти в себя. Стабильные отношения с надёжным партнёром сильно ускоряют процесс, работа с психотерапевтом — тоже. Настройку, простоявшую двадцать лет, не изменить за выходные — но она меняется.

Как говорить об этом вдвоём, не обвиняя друг друга

Типы привязанности — отличный общий язык и одновременно грозное оружие. «Ты избегающий, вот в чём твоя проблема» ещё никого не сблизило. Золотое правило: тип описывает потребность (в поддержке, в пространстве), а не недостаток. Несколько ориентиров для разговора, который сближает:

• ✦Сначала говорите о себе: «когда ты молча уходишь, я паникую» вместо «ты сбегаешь»
• ✦Выбирайте спокойный момент — только не в разгар ссоры, когда обе сигнализации воют одновременно
• ✦Используйте типы как карту, помогающую понять друг друга, а не как приговор, который выносят
• ✦Спросите другого, что ему на самом деле помогает (слова поддержки? час тишины?), вместо того чтобы угадывать
• ✦Помните: «проблема» — это танец двух типов — преследование, питающее отступление, и отступление, питающее преследование, — а не один из танцоров